Поиск
  • Вероника Кулагина

«Сделай так, чтобы камень через века пронёс моё горе, чтобы камень заплакал, как плачет мужское серд

По преданию, с такими словами обратился крымский хан Гирей к придворному мастеру Омеру после того, как тот спросил, каким должен быть фонтан в память об умершей жене. Более двух веков «плачет» он в Бахчисарае, а на балетной сцене к вековому юбилею приближается существование «Бахчисарайского фонтана» (1934) в постановке Ростислава Захарова.

В Самарском театре оперы и балета впервые спектакль появился в ноябре 1936 года, через два года после премьеры в ленинградском Театре имени Кирова (ныне Мариинский театр, Санкт-Петербург), правда, в постановке Александра Томского. После этого балет неоднократно покидал афишу, но всегда неизменно возвращался в хореографии разных балетмейстеров. И неудивительно: история любви свирепого Гирея к польской княжне, воспетая Пушкиным, полюбилась зрителям.

Гирей, крымский хан - Михаил Зиновьев. Фото Антона Сенько


В октябре 2019 года на сцене театра состоялась премьера балета в хореографии собственно его создателя – Захарова, скрупулёзно перенесенная из Мариинского театра (где балет сохраняется и поныне) балетмейстером-постановщиком Дарьей Павленко. За каждым образом видна кропотливая работа всей команды педагогов-репетиторов. По эскизам Валентины Ходасевич Андреем Войтенко (художник-постановщик) и Татьяной Ногиновой (художник по костюмам) воссозданы декорации и костюмы исторического спектакля.

С момента создания до наших дней выдающимися балеринами и танцовщиками воспроизведена целая галерея образов, вошедшая в историю балета. Первые исполнители спектакля Галина Уланова (Мария), Ольга Иордан (Зарема), Константин Сергеев (Вацлав), Михаил Дудко (Гирей) стали для Захарова надежными союзниками в развитии жанра хореодрамы: существуя в нем, танцовщики должны были оставаться не только великолепными исполнителями хореографии, но и актерами, выстраивающими балетные партии подобно драматическим.

Сумели придать образам индивидуальные черты и артисты Самарского балета. Ксения Овчинникова вдохнула новую жизнь в старый спектакль, наделив свою Марию легким беззаботным нравом: именно такой она появляется в самом начале спектакля. Влюбленная и счастливая, не скрывая своих эмоций под маской сдержанной пани, как это принято в некоторых актерских трактовках, она кружится по сцене с Вацлавом (Игорь Кочуров), взмывает в его надежных руках в полетных поддержках: впереди вся жизнь и она, несомненно, будет самой счастливой женой и матерью. Её Мария – словно ветерок, ворвавшийся в приоткрытую форточку. Всё движется, бурлит и живет на её орбите не потому, что она княжна, а потому, что у неё веселый нрав и доброе сердце. Тем разительнее перемена в образе после пленения. В ханском дворце и так худенькая балерина становится совсем прозрачно-невесомой, словно это не Мария склоняется над арфой, в которой теперь вся её жизнь, а нежный, почти бесплотный дух, мечтающий вырваться из ненавистных стен. До последнего вздоха Мария-Овчинникова пытается понять и успокоить ворвавшуюся к ней, словно вихрь, Зарему (Анастасия Тетченко), а перед этим выдерживает натиск Гирея (Михаил Зиновьев). Смерть принимает с благодарностью как освобождение и возможность вернуться, наконец, на Родину, к жениху, так и не ставшему мужем, в их последний танец.

Мария - Ксения Овчинникова, Вацлав - Игорь Кочуров. Фото Антона Сенько


Анастасия Тетченко, балерина с великолепным прыжком и столь необходимой в этой роли статью, прочертила партию Заремы, как в стихотворении Пастернака, «железом, обмокнутым в сурьму». При всей кажущейся ясности эффектного образа партия Заремы коварна: в ней легко удариться в ложный пафос и превратить трагедию в фарс. Ни на миллиметр не отклонилась балерина от меры хорошего вкуса, соблюла все пропорции, и образ сложился в цельную незамутненную эмоциональными перегибами картину.

Игорь Кочуров - Вацлав - выпускник Пермского хореографического колледжа (его же закончили и Ксения Овчинникова, и Сергей Гаген - Нурали), год назад пришедший в театр, заметно волновался, но справился со всеми техническими сложностями партии. Думаю, добавить удельного веса роли молодому танцовщику по силам, нужно лишь справиться с волнением.

Сергей Гаген в роли верного полководца Нурали покорил физическими возможностями: прыжок с хорошим баллоном, отменная координация, необходимая подвижность тела, осталось только добавить в роль огня и бешеной энергии воина, которая заложена балетмейстером едва ли ни в каждом движении, и партия полностью покорится танцовщику.

Гирей в исполнении Михаила Зиновьева – величественный великан. Воин, не знающий страха и потерявший голову от любви, – самый, наверное, распространённый герой не только мировой литературы, но самой жизни. Хан Гирей в постановке Захарова открывает и венчает спектакль, обнимая «фонтан слез», словно живое изваяние и напоминание о том, что даже каменное сердце может плакать, правда, когда уже ничего не исправить.

Нурали - Сергей Гаген. Фото Антона Сенько

Зарема - Анастасия Тетченко. Фото Антона Сенько

Мария - Ксения Овчинникова, Зарема - Анастасия Тетченко. Фото Антона Сенько

Гирей, крымский хан - Михаил Зиновьев. Фото Антона Сенько


Просмотров: 315Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все