Поиск
  • Полина Виноградова

Большой балет требует побед

Солистка Мариинского театра Рената Шакирова стала известна широкой публике, после того как в паре с Кимином Кимом победила в телепроекте «Большой балет». Что бы там ни говорили о новых механизмах успеха, но влияние телевидения на популярность артиста по-прежнему огромное. Сейчас недавняя выпускница Вагановской академии продолжает покорять зрительские сердца на сцене Мариинского театра, где танцует ведущие партии классического и современного репертуара. В преддверии открытия сезона Рената Шакирова призналась нашему обозревателю Полине Виноградовой, что в каждодневном труде балерина обретает счастье.


– Рената, как пролегал Ваш творческий путь из Ташкента в Петербург?

– Я родилась в Ташкенте, но жила там до четырех лет. Потом родители решили переехать в Россию и мы перебрались в Башкирию, в маленький город Стерлитамак. Я поступила в ансамбль "Солнышко" и с четырех лет занималась башкирскими танцами. Сначала мне было страшно расставаться с мамой, ей приходилось сидеть на занятиях, потому что когда она уходила, я начинала плакать. Но с этого момента началась моя любовь к танцам. Моя мама работала учителем и однажды взяла меня на выпускной, и я все время танцевала – четыре часа подряд плясала и не могла остановиться. А когда по телеканалу "Культура" увидела "Лебединое озеро" и поняла, что это совсем другая пластика, мне тоже захотелось такое попробовать. Мама стала искать возможность переехать в Москву или Петербург. В то время в Москве не было интерната, и мы выбрали Петербург – столицу балета.


– Пригодился ли южный темперамент в наших северных широтах?

Конечно. Если я чего-то хочу, меня не остановить и я пытаюсь всеми силами этого добиться. Нас с первого класса предупреждали: то, что вы поступили, еще ничего не значит – каждые полгода вы должны доказывать, что вы достойны здесь учиться.


– Что давалось тяжелее всего? Ведь постоянное стремление доказывать, что ты лучший, изматывает душу…

Наш класс отличался – мы с малых лет были дружны. И это замечали все педагоги, говорили, что это удивительно. Конечно, в балетном классе есть конкуренция, например, я вижу, что девочка выше поднимает ногу, и тоже так хочу. Но это правильная конкуренция, помогающая тебе ставить планку и постепенно ее достигать. Все время делать шаг вперед. А в личной жизни и в общении надо быть открытым человеком, искренним. Бывали какие-то мелкие пакости, ревность. Но в серьезную вражду это не перерастало. Есть смысл только в том, чтобы перешагивать через себя. Мне было трудно, потому что когда я поступала, у меня не было стольких природных данных: у девочек была выворотность и стопы, подходящие для балета... У меня ничего такого не было. Я помню, с каким трудом в первом классе мне давались первая, вторая и пятая позиции, у меня всегда заворачивались ноги. Я старалась, приходилось заниматься больше, чем другие. Но через год, за счет трудолюбия, я добилась больших успехов в учебе.


– Мариинский театр и был той высокой планкой, которой Вы стремились достичь?

Мариинский театр был моей мечтой. Я знала – чтобы туда попасть, надо отработать технику на высшем уровне. И всегда стремиться к большему. Мое сильное желание танцевать на этой сцене мне помогло. Если ты чего-то хочешь, ты идешь к цели, не жалея себя. Здесь неуместны поблажки.


– В классическом танце Вы практически достигли совершенства. Но наверняка современный балет тоже привлекал Вас новизной, отказом от канонов, непривычной пластикой?

Но сначала надо освоить классику, и когда ты будешь себя легко ощущать в классических постановках, современная пластика будет легче даваться. В Академии нам преподавали модерн и я всегда получала удовольствие от этого урока. Вы правы, классика – всегда определенные каноны, а модерн мне нравился тем, что ты идешь изнутри, делаешь движение от какого-то импульса, придающего танцу смысл. Мне нравится это изучение себя и своего тела. Когда в театре дают танцевать современные постановки, я включаюсь в работу и ловлю каждый момент.


– Вы танцуете в балете Алексея Ратманского Conserto DSCH на музыку Дмитрия Шостаковича и исполняете партию Бабочки в балете Антона Пимонова «Бэмби», для которого музыку написал композитор Андрей Головин. Чем Вам запомнилась работа с двумя хореографами? Сильно ли различаются их творческие методы?

Я танцевала хореографию Алексея Ратманского, но, к сожалению, он не приезжал на репетиции, и я занималась с педагогами. Конечно, работа лично с хореографом – совсем другое дело. Ты пытаешься понять эту пластику, но в тоже время осознаешь, что это совсем другой мир. Я могу так сказать про Владимира Варнаву, с ним мне удалось поработать на проекте «Большой балет» – мы готовили номер «Каменный берег». На первых репетициях мы с Кимином Кимом не понимали, как мы это станцуем, не понимали, как Владимир двигается: у него очень специфическая пластика и она завораживает. Но через какое-то время ты привыкаешь к хореографу и чувствуешь, какое будет следующее движение, и это очень интересный процесс создания образа, порой ты сам помогаешь хореографу и привносишь что-то свое, понимая его стиль и замысел.


– А что для Вас красочный «Бэмби»: забавная авантюра или серьезная и технически сложная задача?

Начиная от музыки и хореографии, это абсолютная новая постановка. Тогда я еще ни разу не сталкивалась с такой хореографией – соединение классики с интересными движениями. Это было для меня шагом вперед. Моя партия очень необычная в плане хореографии, классика и современность... Да, получился детский яркий балет, но вся команда очень серьезно подошла к делу.


– У Вас часто случаются моменты абсолютного счастья, когда полностью удовлетворен результатом и радуешься этой маленькой внутренней победе?

Я счастлива, когда на сцене. Любой балет мне доставляет радость. Много прекрасных балетов я уже станцевала, много балетов, которые хочу станцевать. Нет большего счастья, чем мечтать и воплощать мечты.


– Как Вы, тогда начинающая балерина, попали в телепроект «Большой балет», да еще и с премьером Кимином Кимом?

Художественный руководитель балетной труппы Мариинского театра Юрий Фатеев хотел, чтобы на проекте Мариинский театр представляли две пары: Надежда Батоева и Эрнест Латыпов и мы с Кимином Кимом. До этого мне удалось только один раз станцевать с Кимином балет «Рубины» Баланчина, но я тогда еще училась в Академии. Для меня это был незабываемый опыт: я была ученица предвыпускного курса, и уже через год, после сдачи выпускных экзаменов, Юрий Валерьевич сказал, что хочет, чтобы мы с Кимином составили пару на проекте «Большой балет». Я не могла поверить: Кимин Ким, премьер, и я, вчерашняя выпускница!


– Чувствовали свою ответственность перед театром?

Конечно я волновалась! Это совершенно другой мир, это работа на камеру. В театре все происходит здесь и сейчас, ты чувствуешь зрителя и атмосферу. А когда много камер и нет зрителей, ты оказываешься в новых условиях, на непривычной сцене: не было кулис, и к такому свету мы не привыкли, это заставляло волноваться. Порой было нелегко, надо было показать, на что ты способен, и порой я чувствовала себя более ответственной, чем когда выхожу на родную сцену.


– Какие номера давались с трудом? А что, напротив, выходило сразу и легко?

Я волновалась за па-де-де из балетов «Талисман», «Эсмеральда» (Дианы и Актеона), и за па-де-де «Венецианский карнавал» из балета «Сатанилла». Они были одними из сложнейших, но и современные номера по сложности им не уступали. Многие артисты несколько лет работали в театре, у них большой опыт выхода на сцену, в отличие от меня. Легче всего дался «Каменный берег» Владимира Варнавы, поскольку там нужно было исходить от внутреннего состояния, от души и от музыки. Также от внутренних ощущений я отталкивалась, когда танцевала «Парк» Анжелена Прельжокажа. Интересно было исполнить номер Уэйна МакГрегора, в котором присутствовали и классика, и модерн и особенным образом выстраивались отношения с партнером. Правда, возникли определенные сложности в этой хореографии: многие движения как волны, нужно было уйти со своей оси... не знаю, как это объяснить.

Я очень прислушивалась к мнению членов жюри, потому что понимала, куда стремиться дальше. Творчество не может остановиться. Когда скажут, что все хорошо, нужно заканчивать танцевать. Все равно нужно стремление к идеалу, постоянная работа над собой.


– На сцене Мариинского театра Вам удалось еще раз станцевать с Кимином Кимом?

Мы вместе танцуем в балете "Инфра" Уэйна МакГрегора.


– Рената, в новом сезоне мы увидим премьерные спектакли с Вашим участием?

В декабре намечена премьера – восстановление балета «Каменный цветок». А пока мой сезон начнется 6 октября с партии Китри в балете «Дон Кихот». Я с первого класса мечтала о Китри, так что стартую своей любимой партией! Потом предстоят гастроли в Китай, где буду танцевать Джульетту в «Ромео и Джульетта» и па-де-труа из «Лебединого озера». Насыщенный будет график.


Фото Екатерины Кравцовой


Просмотров: 249Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все