Поиск
  • protanecmagazine

Самый лучший день


В преддверии весны на сцене петербургского Дома Актера им. К.С. Станиславского состоялся Вечер современной хореографии «Искусство лучших дней». Организовала мероприятие и проводит его второй год подряд студентка педагогического факультета Академии русского балета им. А.Я. Вагановой Анастасия Клобукова. Ее стараниями в один вечер на одной площадке можно было увидеть работы будущих хореографов, студентов пяти ВУЗов города, в которых преподается балетмейстерское мастерство. Два из них − Консерватория им. Н.А. Римского-Корсакова и Академия русского балета им. А.Я. Вагановой – старейшие учебные заведения, в течение полувека выпускающие хореографов, по праву считаются оплотом, в основном, классического направления этого вида искусства. В Академии модерн и контемпорари только начинают свою жизнь и дают пока противоречивые результаты, в том числе в виде появившейся в 2011 году «Агриппина Lab». Предприимчивые адепты Лаборатории после двух лет магистрата массово проводят мастер-классы, конечно, не забывая назваться выпускниками прославленной школы и, если надо, объяснить, что имеют «классический бэкграунд», что бы это ни значило в контексте всего вышесказанного. Они пока больше известны своими маловразумительными акциями вроде «Лебедь на морозе протестует против запрета пропаганды ЛГБТ» (что может быть нелепей в этом случае, чем костюм лебедя? Уж в театрах-то представителям сообщества ничто не угрожает), чем перформансами собственного изготовления.


В Консерватории любой танец, что уж говорить о современном, словно бы ушел в глухое подполье. Перестали проводиться имевшие зрительский успех резонансные «Вечера хореографов в Консерватории», давно канули в Лету открытые показы дипломных работ выпускников (а ведь было такое!), и на Вечере от колыбели искусства хореографа в Петербурге был представлен всего один номер. Но не будем строги − участие в Вечере целиком и полностью инициатива студентов, и ремонт, наконец-то начавшийся в историческом здании с протекающей чуть ли не до первого этажа крышей, не лучшее время для проведения концертов и открытых экзаменов.


Еще два высших учебных заведения − Институт культуры и Университет профсоюзов, ректор которого известен тягой к прекрасному, − давно и стабильно выпускают из своих стен крепких преподавателей-балетмейстеров широкого профиля: от бальных и эстрадно-джазовых танцев до народных и классических.


А вот кафедра хореографического искусства в Педагогическом университете им. А.И. Герцена возникла совсем недавно, три года назад, но ярко заявила о себе и дала понять, что у авторитетных «танцующих» ВУЗов города появился серьезный соперник.


В меньшей степени это касается АРБ: твердая академическая основа дает выпускникам необходимую профессиональную базу. Как ей распорядиться после выпуска − продолжать создавать хореографию на основе классики или расширять пластические возможности собственного танцевального языка − каждый хореограф решает сам, но что касается современного танца, тут Педагогическому университету есть что противопоставить всем остальным.


Девять номеров Академии русского балета стали численной основой Вечера. Разнородные по хореографическому подходу, воплощению и взглядам на наличие сценического костюма (у некоторых исполнителей вместо него были вытянутые спортивные штаны со свисающими до колен шнурками), они выделили Софью Лыткину, чьи творения выглядели не пробой пера, но завершенными продуманными работами. В «Маленьком закате» (музыка Ж.-Ф. Рамо) на удивление кратко, но полно был показан закат одних, конкретно взятых отношений. Он (Максим Масленников) и Она (сама постановщица), возникая перед зрителем на самом пике любви, обрушивались в бездну взаимного недовольства. Чувство, искажаясь, уступало место жажде преобладать, выйти победителем из очередной баталии. Стоит ли говорить, что виктория оставалась за Ней: в конце номера, восседая на колене партнера, Она улыбалась в зал, радуясь победе.

«Маленький закат» в постановке Софьи Лыткиной


Режиссерской задумкой блеснула Юлия Ермакова, представив номер с говорящим названием «Реквием по Сильфиде». В нем буквально по Чехову «люди пили чай, а в это время рушились их судьбы». Точнее, на глазах у зрителей умирала мечта героя, обретшая образ Сильфиды. Крылатое создание судорожно вздрагивало на полу возле стола, за которым пара вела свое скучное чаепитие. Но вырваться из этой рутины, прервать это бессмысленное времяпрепровождение с давно уже нелюбимой женщиной герой так и не смог. И официант уносил Сильфиду куда-то в ему одному ведомые закрома, из которых до этого вынес вазу для дуэта за столом. Однако при всей живописности идеи, выстроить номер хореографически постановщице удалось не совсем. Не стоило населять этюд реальными деталями быта: чашками, блюдцами, ложками, их наличие в руках героев смело можно было заменить пантомимой, танцем.

«Реквием по Сильфиде» в постановке Юлии Ермаковой


В пяти номерах студентов Университета им. Герцена проступило четкое понимание пути, выбранного кафедрой. Ставка сделана на современный танец с явным тяготением к качественному контемпорари − ниша в нашей стране практически незанятая. Если не считать платных уроков в разношерстных частных школах танца, контемпорари с хорошей базой у нас мало где преподается: все российские хореографы, так или иначе работающие в этом стиле, учились или стажировались за границей. Поэтому если Университет им. Герцена станет площадкой, где будут развивать различные направления современного танца, есть все шансы, что он у нас в стране станет не только жизнеспособным, но и конкурентным. А там, глядишь, и школа для детей на его базе откроется.


Ритмичностью и попыткой заговорить на пластическом языке Акрама Хана запомнился номер Кристины Черновой «Гандхари» на этническую индийскую мелодию, исполненный ею и Дугером Начыном, представившим свою постановку «Механика пластики» на музыку Джона Кейджа. Хореография, подкрепленная возможностями исполнителей, оправдала название. Натренированные тела танцовщиков, среди которых был и сам постановщик, из механистичного упругого взлета в воздух и состояния синхронного полета переходили к пластичному оседанию и распластыванию на полу, демонстрируя состояния крайнего напряжения и полной расслабленности.


В пример многим, удачно соединило форму и содержание произведение Евы Чекасиной «Сизиф и камень». В смелой зарисовке хореографа роль камня исполняла… танцовщица. Именно ее современный Сизиф тащил на своей шее, время от времени несмело протестуя. Но освободиться от приговора Богов не так-то просто. И пластически номер удался, хореография свободно раскрывала образы героев: тяжеловесную обреченность Сизифа и неумолимую цепкость его прекрасной ноши.

«Сизиф и камень» в постановке Евы Чекасиной


Большой зал Дома Актера был забит до отказа, «Искусство лучших дней» имеет, без преувеличения, огромный зрительский интерес. А студенты желают показывать свои работы, делиться творчеством. Значит, лучшие дни – это здесь и сейчас!

Вероника Кулагина

Фото Юлии Кудряшовой

Просмотров: 68Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все