Поиск
  • protanecmagazine

Объединяющий «Context»


29 ноября в Москве завершился II международный фестиваль «Context. Диана Вишнева». Пять фестивальных дней были до предела насыщены событиями: кроме вечерних спектаклей (на сцене театра Моссовета, основной сцене фестиваля), знакомящих с многообразием современного танца, проводились мастер-классы с лучшими современными балетмейстерами, лекции, круглые столы, показы кинофильмов, основная тема которых – танец. Кроме этого, фестиваль включал в себя «Мастерскую хореографов», она знакомила с постановками отечественных балетмейстеров, и, ставший традиционным, рublic talk с участием Дианы Вишневой. Рефреном в нем звучал вопрос: насколько классический танец влияет на современный, мешает он его развитию или помогает? Это в теории, а на практике можно было увидеть, что перед наиболее яркими хореографами современности этот вопрос не стоит вообще. Они не склонны к каким бы то ни было переживаниям на эту тему. Они не собираются отказываться от классического танца как от языка, делать вид, что этой традиции не существует, с его помощью они обогащают собственную лексику, вкрапляя элементы классического танца в свои спектакли так же естественно, как мы пользуемся в повседневной речи старинными словами и выражениями. Но обо всем по порядку.


Вообще, после фестиваля в голову пришла мысль о том, что Диана Вишнева провела нас по залам некоего музея современного искусства такого, как, например, МОМА в Нью-Йорке, только не изобразительного, а хореографического. За время фестиваля зрители смогли, не покидая Москвы, познакомиться с творчеством лучших европейских балетмейстеров: Эрика Готье, Пола Лайтфута и Соль Леон, Анжелена Прельжокажа, Йохана Ингера, Марко Гёке, Даниэль Агами, Нанин Линнинг.


Их хореографические полотна, как и картины, украшающие стены МОМА, полны аллюзий на тему классического искусства. Они с ним спорят, они с ним взаимодействуют, они его используют, они им вдохновляются. И как разноцветные линии на картинах Сола Левитта вырастают из линии горизонта на картинах эпохи Ренессанса, так и творчество современных балетмейстеров так или иначе переплетается с творчеством предшественников.


Компанию Эрика Готье «Gauthier Dance» можно назвать труппой широкого круга возможностей: танцовщики, имеющие классическую выучку, с легкостью справляются с танцевальными номерами любой направленности. На фестиваль были привезены работы, сделанные специально для труппы: запомнились наполненная духом свободы и экспрессией «Вражда» Каэтано Сото на музыку Ла Лупе и номер с интригующим названием «Диван» (музыка Тома Уэйтса), полный веселья рассказ о страшном сне многих мужчин, а также постановка самого Готье «Балет 101», уже известная российскому зрителю (в Петербурге он исполнялся премьером Мариинского театра Владимиром Шкляровым). Кроме этого уже ставшие классикой «Шесть танцев» Килиана и «Старик и я» Ханса ван Манена. Последний исполнили Диана Вишнева и Эрик Готье, превратив философскую историю голландца в маленький шедевр, который фиксируется в памяти как нечто исключительное по наполненности, глубине содержания, тонкой изобразительности.


Мастодонты современного танца Пол Лайтфут и Соль Леон (пара не только в жизни, но и в творчестве) привезли на фестиваль своих подопечных NDT II. Армией назвал их на рublic talk участник «Мастерской хореографов» солист Большого театра Андрей Меркурьев (ставший ее победителем с номером «Живая реальность» и награжденный стажировкой в Израиле). Лучше сравнения и не придумать – действительно, артистов труппы можно назвать армией высокопрофессиональной, мобильной, во многом не знающей равных.


Молодые ребята демонстрировали чудеса владения собственным телом и обратная волна на полу это для них так же просто, как для нас, скажем, зевнуть. Все номера, за исключением одного – «I new then», поставленного для компании Йоханом Ингером, принадлежали хореографическому перу руководителей труппы, к слову, оба – Лайтфут и Леон, имеют классическое балетное образование, которое никак им не мешает. «Ставни заперты», «Печальный случай», «Объект перемен» (в нем вновь перед публикой появилась Диана Вишнева) – исключительные по качеству исполнения и богатству языка – они выводят хореографическое искусство на качественно новый уровень. В нем для человеческого тела и разума нет ничего невозможного, нет границ ни для тем, о которых это искусство повествует, ни для их воплощения. Таким путешествием в совершенно лишенный ставен мир стал номер «Ставни заперты» не на музыку, а на стихотворение Гертруды Стайн «Если бы я сказала ему». Под декламацию произведения самим автором, а стихотворение это своеобразная игра слов, танцовщики как бы демонстрировали слова, то есть буквально вербализировали танец. Делали видимыми слова! Совершенно фантастической выглядела в номере Имре ван Опстал, танцовщица ставшая олицетворением творческих принципов Лайтфута и Леон: человеческое тело целиком и полностью подчиненное разуму, доступное для любого, самого смелого, эксперимента.


Танцевальная компания из Америки «Ate9 dANCE cOMPANY», созданная израильтянкой Даниэль Агами, опирается на танцевальную технику «gaga», однако, даже это ультра-современное направление танца не отрекается от классики, а использует накопленное знание. Танцовщиками были продемонстрированы чудеса танцевального исполнительства, баланса, координации в первый миг казавшиеся невозможными, настолько фигуры исполнителей далеки от привычных, но уже через мгновенье стало понятно что перед зрителем профессионалы. В постановке «Из уст в уста» эмоции и чувства приобретали конкретную форму, вырастая из них, рассказывая о них.


Стройная программа заключающего фестиваль гала-концерта еще раз подчеркнула профессионализм, чувство меры и вкуса его вдохновительницы Вишневой. Два фрагмента балетов Анжелена Прельжокажа, ставшего уже классиком балетного искусства – «Ангелы» из спектакля «А после – тысяча лет мира» и дуэт из «Белоснежки», соседствовали с постановками молодых российских балетмейстеров. «Ловушка сновидения» Констатина Кейхеля (направленного первым «Контекстом» в Роттердамскую академию танца) и «Сохраняйте спокойствие» Владимира Варнавы (благодаря фестивалю прошедшему стажировку у Каролин Карлсон). Кейхель, в качестве отчета, сделал номер с танцовщиками «Сodarts», обучение пошло на пользу, обогатив хореографический словарь балетмейстера.


Владимир Варнава, наиболее яркий представитель отечественной хореографии, показал работу впервые продемонстрированную в этом году в рамках фестиваля «Мариинский». «Сохраняйте спокойствие» – номер-шутка в духе абсурдизма: веселое представление, где он и она в юбках и усах танцуют в свое удовольствие, пытаясь сохранить спокойствие. Хореографический язык Варнавы – это вполне уже сложившийся язык зрелого художника, который знает, чего хочет. В контексте фестиваля номер смотрелся серьезной заявкой на дальнейшие творческие победы.


Фрагмент спектакля «Зеро» в постановке голландки Нанин Линнинг отсылает к жанру танцсимфонии, в начале XX века придуманному Федором Лопуховым. Непрекращающийся поток танца: обильного, разнообразного, самобытного. Балетмейстер призналась, что черпает вдохновение в больших классических балетах русского музыкального театра. Ее как будто лишенные земного притяжения хореографические конструкции с верхними поддержками, напомнили купольные росписи итальянских соборов, где человеческие тела парят в воздухе.


Еще один номер гала «Внутреннее одиночество» Лоранда Захара – мужской дуэт в целом разнообразил программу вечера, в очередной раз утвердив Голландию в звании лидера современного хореографического искусства, но за рамки привычного не вышел.


Мощным заключительным аккордом последнего фестивального вечера стал номер Марко Гёке «Убитый», поставленный на две песни французской певицы Barbara, подготовленный Дианой Вишневой специально для «Context». Пожалуй, это был неистовый танец хрупкого мотылька, рвущегося к свету, как к истине, чтобы сгореть. «Истина», именно так называется картина Чюрлениса, где порхающие мотыльки стремятся к гибельному свету. И последний выдох исполнительницы, как бы задувшей свечу жизни и погрузившей сцену во мрак – не наш ли это последний вздох на пути к чему-то неизвестному? Как настоящий большой художник, Вишнева обогатила номер массой новых смыслов, погрузила нас в мир мыслей о самих себе. Сама танцовщица призналась на рublic talk, что танцует не о себе, а о каждом из нас.


Если подводить черту под закончившимся фестивалем, то для меня его основной месседж таков – между классикой и современным танцем нет конфликта, как это принято считать у нас. Современные российские хореографы, работающие в стиле контемпорари, избегают классических движений и с вызовом сообщают об этом, работающие же в классическом стиле сторонятся современных танцевальных форм. В итоге, за всей этой рефлексией стоит лишь обеднение собственного танцевального языка, те самые рамки, за которые Вишнева на собственном примере призывает выходить. Западные же хореографы пользуются языком классического танца как одним из многих возможных, наряду с элементами йоги, восточных единоборств, танца модерн, обогащая свою лексику чем только можно, складывая свой оригинальный хореографический язык из всего имеющегося многообразия танцевальной, и не только, мозаики, совершенно не задумываясь о классике как о препятствии на пути поисков собственного стиля.

Вероника Кулагина

Источник фото

Просмотров: 22Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все