Поиск
  • protanecmagazine

Когда выключают свет...

К теме наркотиков балетный театр обращается не так уж часто. Намеком, как формальный повод для картины теней Петипа, мелькает курение опиума в старинной «Баядерке». У Матса Эка укол героина превращает Аврору в наркозависимую Спящую Красавицу. Герои спектакля «Мой Иерусалим» (хореография Б.Эйфмана) находят спасение от наркотиков в религии. Анаша, Конопля и Морфий борются против ОМОНа в воронежских «Ангелах смерти» (хореография О.Игнатьева). А «перезагруженное» в очередной раз «Лебединое озеро» Фредерика Ридмана рассказывает о тяжелой жизни проституток, драгдилером которых является Ротбарт.


Вероятно эта непростая и болезненная тема задевает, пусть рикошетом, практически всех. Но по-прежнему актуален вопрос — а судьи кто? Может ли быть правдивым человек никогда не бывавший по «ту» стороны границы? Той, что отделяет просто жизнь от искусственно созданного «рая»? И объективны ли те, кто побывал «там» и вернулся? И истинно ли «знание» добытое такой ценой?


Сбивает с ясного понимания и ореол невнятности всегда витающий над этой темой. Ведь, в отличие от медиков, люди искусства в своих произведениях относятся к расширяющим сознание химсредствам весьма двусмысленно. С одной стороны однозначно заявляется что это плохо, а с другой? Как еще тонким и креативным натурам находить смысл в этом скучнейшем потоке бытия и где черпать идеи и вдохновение на радость публике?


Высказывание Начо Дуато относится к 2001 году. Именно тогда в Мадриде состоялась премьера спектакля «Белая тьма» на музыку Карла Дженкинса. Этот автобиографический балет стал реквиемом по сестре хореографа погибшей от наркотиков. И в Михайловский театр Дуато решился перенести его только сейчас, после трехлетней работы с артистами.


Балетмейстер вскрыл тему своим излюбленным ключом. Одноактный 24-минутный спектакль, пара солистов (Ирина Перрен и Марат Шемиунов), четыре пары корифеев, череда дуэтов и соло. Привычная для поклонников Дуато хореографическая лексика. Плюс необычный главный герой — белый порошок. Его роль исполняют около 135 кг обыкновенной соли. Ею забавляются, делятся друг с другом, рассыпают по диагонали сцены. Поток пыли то льется сверху, то мягко обволакивает часть сцены.


Решение, первоначально показавшееся несколько прямолинейным, к концу спектакля все больше раскрывало свою многозначность. Игра в песок, кокаиновая дорожка, иллюзорный блеск ночных кварталов Мадрида — не это ли имел ввиду Дуато? Но не в его правилах навязывать лично свои ассоциации. Балетмейстер всегда провоцирует публику на собственные впечателения, как будто специально воспитывая своенравного, но чуткого и в своем роде талантливого зрителя.


Хореографической кульминацией спектакля стали четыре мужских соло. Попеременно возникая в световых квадратах, танцовщики буквально разрывали воздух и пытались вырваться из незримых стен наркотического одиночества. Здесь за исполнительскую пальму первенства соперничали Леонид Сарафанов и Сергей Стрелков. У каждого наступал момент покоя. Но он оказывался просто иллюзией. Ведь неумолкающий зуммер, бьющийся в головах и телах, будет теперь единственным, что диктует свою назойливую волю.


Эмоциональная кульминация спектакля пришлась, безусловно, на финал. Борьба брата за сестру оказывается тщетной и героиня Ирины Перрен остается наедине с «белой» тьмой. И исчезает под бесконечным потоком фальшивого и губительного «счастья».


Дуато рассказал свою историю «высоким штилем», нивелируя натуралистические подробности. Вы не увидите ни вен, ни шприцев. Хореограф просто рассказал о тьме заползающей в человека и пожирающей его. О потере свободы. И о трагедии тех людей, которые рядом, но помочь уже ничем не могут.


Балетный театр часто обвиняют в неактуальности, старорежимности и снобизме, а также в конформизме и любви к красивенькому. Но самом деле это глубоко не так. И последняя премьера Михайловского, в очередной раз, это доказывает.

Наталья Смирнова-Вербье

Фото Светланы Тарловой

Просмотров: 14Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все