Поиск
  • protanecmagazine

«Медея» и «Эквус». Балет «Москва»

22 и 23 мая Балет «Москва» показал на большой сцене Театрального центра им. В.И. Мейерхольда премьеру одноактных балетов «Медея» (на музыку Павла Карманова, хореография Кирилла Симонова) и «Эквус» (на музыку Алексея Айги, хореография Артема Игнатьева и Анастасии Кадрулевой).


С балетом «Москва» все трое сотрудничают во второй раз: в феврале они уже выпустили в этом театре премьеру «Времен года» (на музыку Владимира Мартынова). Уже тогда их работа давала все основания думать, что театр нашел балетмейстеров, способных создать современный репертуар для его классической труппы. Показанные теперь постановки подтвердили справедливость данного предположения. Вновь академическая в своей основе хореография эту основу неузнаваемо преломляет, а сценография и свет «дорисовывают» образ спектакля сегодняшнего дня.


Есть, впрочем, существенное отличие. Четыре части «Времен года», хотя и не обладали единством драматургического и хореографического решений, все же представляли собой коллективно сочиненное целое. «Медея» и «Эквус» — балеты полностью автономные; их без проблем можно развести по разным программам. Объединяет их, пожалуй, только одно: каждый из них имеет в своей основе известное драматическое произведение («Медею» Сенеки и «Эквуса» Питера Шеффера), но оба весьма далеко отходят от литературных первоисточников.


В симоновской «Медее» сюжет античного мифа подменяется нарочито обыденной, какой-то «офисной» (навязчивая ассоциация с офисом возникает из-за придуманного художником по костюмам обоих спектаклей Стефанией фон Граурок костюма Медеи: белая блузка, черная юбка — карандаш) историей: они были женаты, он завел любовницу, она любовницу убила. Элементы спектакля находятся в принципиальной оппозиции друг другу. Акварельная, немного рахманиновская по своим интонациям музыка Павла Карманова (в балете звучат два его произведения — «Второй снег на стадионе» и «Весна в январе») контрастирует с жесткой, надломленной пластикой танцовщиков. Густая заполненность пространства вещами (огромный диван; детский велосипед и игрушки — направо от зрителя; тазы и бутылки с водой — налево; художник-сценограф обоих спектаклей — Эмиль Капелюш) — с малозаселенностью его людьми (весь балет на сцене три главных героя (Медея - Софико Начкебия, Ясон - Михаил Киршин, Креуса - Софья Гайдукова) в различных комбинациях, только ближе к финалу Симонов выводит шесть двойников Медеи — танцовщиц в такой же черно-белой офисной униформе, но с вуалями на лицах). Тривиальность ревности Медеи - со строгостью античных стихов, озвучивающих ее переживания (дважды с балкона раздается голос актрисы Марины Перелешиной, выкрикивающей фрагменты монологов из трагедии Сенеки). Соседство банальной бытовой драмы со строгостью ее латинского прототипа и светло-грустной, словно из другого мира звучащей музыкой Карманова, рождает эффектный смысловой диссонанс, и если танцевальная лексика спектакля могла бы быть и более разнообразной, то его драматургия и режиссура — большая удача постановщика.


Еще дальше, чем «Медея», от своего литературного первоисточника ушел «Эквус». Об этом предусмотрительно предупредили сами хореографы: «В нашей истории нет ничего общего со знаменитой пьесой Питера Шеффера, кроме названия. Основным вдохновителем стала музыка композитора Алексея Айги «Equus», как и название, её простота и поэтичность стала основным вектором для создания нашего оригинального сюжета». «Оригинальный сюжет» (вариации на тему ежедневной работы балетных артистов: полный класс, репетиции с педагогом) на самом деле не настолько оригинален — сценическую обработку урока танца дал еще Август Бурнонвиль (в 1849 году, в балете «Консерватория»). Затем к нему обращались многие другие балетмейстеры; существующие на сегодняшний день интерпретации охватывают спектр от драматичного абсурдизма «Урока» Флеминга Флиндта до гимнически восторженного воспевания азов профессии в «Павловой и Чекетти» (фрагменте «Щелкунчика») Джона Ноймайера. Но, надо отдать должное творческому тандему Кадрулевой и Игнатьева: взяв сильно затертую тему, они сумели найти оригинальное ее преломление, во-первых, действительно интересно трансформировав движения балетного класса, а, во-вторых, найдя выразительную сценическую метафору танцовщика - лошади и педагога - жокея, проведя аналогию между процессами выработки профессионального мастерства балетного артиста и укрощением дикого зверя. Образ жокея (Константин Матулевский) выходит в центр спектакля. За ним, как светлый дух, следует балерина (Саяка Такуда), детским голосом поющая песенку на японском языке. Балет начинается со сценки их урока. Японка внезапно прерывает танец и что-то бурно высказывает учителю. Оба удаляются за задник. После вырубки следует большая ансамблевая сцена, изображающая подготовку танцовщиков к классу. Жокей самозабвенно погоняет подвластный ему «табун», ведет его в бешеных темпах урока, а под конец сам падает загнанный и изможденный. Зеркальный задник становится полупрозрачным, один блок выдвигается вперед, выпуская на сцену артистов, присоединяющихся к монологу педагога. Когда дуэты кончаются, маленькая балерина вновь возникает перед педагогом для того, чтобы увести его через последний открытый проем за задник, где уже расположились в красивых профильных группах остальные танцовщики (по гамбургскому счету, последнее адажио несколько растянуто, а вся заключительная часть спектакля напрасно включает в себя несколько «ложных» финалов, но это, пожалуй, единственные просчеты в постановке, выстроенной драматургически совершенно).


Задача создания современного балетного спектакля для классической труппы непроста. Задача найти балетмейстеров, способных ее решить, не легче. Елена Тупысева, отработавшая первый сезон на посту художественного руководителя Балета «Москва», безусловно нашла таковых в лице Кирилла Симонова, Артема Игнатьева и Анастасии Кадрулевой. Надо думать, что «Медея» и «Эквус» — отнюдь не завершение, а лишь второй шаг на пути их сотрудничества, за которым последуют многие и многие новые.

Андрей Галкин

Фото с сайта театра "Балет Москва"

Просмотров: 110Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все